Процедура
официального принятия России в Совет Европы предусматривает подписание и
последующую ратификацию Европейской конвенции о защите прав человека в
парламенте страны. Средства массовой информации единодушны - Россию приняли в
СЕ авансом. Это означает, что Россия берет на себя обязательства выполнить 25
выдвинутых СЕ условий по упорядочению целого ряда государственно-правовых
институтов и изменению положения дел в сфере прав человека, а СЕ
"ожидает" их выполнения и контролирует реализацию этих обязательств.
Одно из важных среди них - отмена смертной казни в мирное время. При этом
вместе с Европейской конвенцией о защите прав человека Россия должна подписать
отдельный протокол об отмене смертной казни в течение трех лет и о моратории на
приведение в исполнение уже вынесенных смертных приговоров.
Как показывает
опыт многих стран, процесс отмены смертной казни проходит достаточно сложно и
болезненно. Об этом говорит опыт даже тех стран, которые отказались от смертной
казни и где общественное мнение, озвученное лидерами страны, периодически
ставит вопрос о ее восстановлении (Великобритания, Канада и др.).
США - страна
всего лишь с двухвековой государственной историей - впитала в себя и
аккумулировала обычаи и традиции, культуру, демократические принципы и основы
правовой системы, издавна формировавшиеся у многих народов и государств. Отсюда
и специфические особенности функционирования некоторых государственных и
правовых институтов США, в том числе и такого инструмента уголовной политики
государства, каким является институт смертной казни.
Не претендуя на
четкую иерархию этих особенностей, рассмотрим некоторые из них, имеющие особый
социальный и практический интерес как в плане проводимой в России правовой
реформы, так и с точки зрения восприятия тенденций и перспектив применения
смертной казни общественным правосознанием.
Прежде всего
следует отметить, что применение смертной казни в США базируется на уголовном
законодательстве штатов (нормы федерального закона, где смертная казнь
предусмотрена за ряд наиболее тяжких преступлений, почти не применяются).
Законы штатов по-разному определяют круг преступлений и лиц, наказуемых
смертной казнью, ее виды, порядок назначения и исполнения. Так, в 14 штатах
этот вид наказания, хотя и предусмотрен в законе, на практике ни разу не
применялся (Канзас, Орегон, Колорадо и др.); в других - смертная казнь хотя и
назначается судом, но фактически не исполняется (за 20 лет в Вайоминге,
Монтане, Пенсильвании и других штатах казнено по одному человеку); в третьих, наоборот,
она применяется в весьма широком объеме; наконец, в нескольких штатах эта мера
наказания вообще отсутствует в арсенале средств борьбы с преступностью (Мэн,
Нью-Гемпшир, Сев. Дакота и др.).
К сказанному
следует добавить, что в соответствии с конституциями штатов право помилования
осужденных принадлежит губернатору штата, тогда как кассационное и надзорное
рассмотрение такого рода приговоров - прерогатива Верховного суда штата и
Верховного суда США.
При всем
разнообразии регламентации смертной казни в законах тех или иных штатов важно
иметь в виду, что за последние десятилетия объем ее применения существенно
менялся. И это понятно - менялись социальные условия, динамика и структура
преступности, общественные умонастроения и уголовно-правовая политика властей.
Как обстоит
положение дел сегодня? Здесь надо отметить еще одну особенность в сфере
действия американской системы юстиции - максимальная гласность и открытость для
общества всей информации по делам о смертной казни (включая, между прочим,
порядок и технологию ее исполнения).
С 1976 по 1995
гг. в стране ежегодно выносится примерно 260 смертных приговоров. Однако в силу
крайне продолжительного периода рассмотрения апелляций постоянно нарастает
"очередность смертников". На сегодня она составляет 3 тысячи человек.
Интересна "география" применения смертной казни и весьма заметные
территориальные различия. Так, из "очереди смертников" на долю
Калифорнии приходится 407, Техаса - 398, и 342 приговорены к смерти во Флориде.
Территориальные
различия еще более заметны при анализе практики исполнения вынесенных
приговоров. С 1976 по 1993 гг. в стране было казнено 290 осужденных; ежегодно
исполнение приговоров в эти годы не превышало 2% (от числа осужденных). При
этом 85% всех казней приходится на долю южных штатов (Алабама, Луизиана, Техас,
Флорида, Джорджиа). На долю Техаса, например, в эти годы приходится треть всех
казней, в 1994 году из 31 - 14 казней. Американские социологи сравнивают эту
тенденцию с распространенной еще на рабовладельческом юге практикой линчевания,
хотя, конечно, причины здесь более глубокие.
Практика
применения смертной казни существенно различна даже в рамках одного штата. Так,
во многих штатах, как показали исследования профессора Колумбийского
университета Джеймса Либмана, сформировались свои так называемые "пояса
смерти", где население и окружной прокурор особенно активно выступают за
смертную казнь. Общая тенденция та же, что и по стране в целом, - смертные
приговоры выносятся главным образом на юге этих штатов. В том же Техасе,
например, из 90 казней "всего" 5 приходится на долю "Северного
Далласа".
Многие
американские исследователи отмечают откровенно расистский характер применения
наказания в США: негры составляют более половины всех казненных, хотя среди
населения страны их доля составляет 12-15%. В южных штатах доля негритянского
населения, как известно, выше, чем в других штатах. Год назад в США было
опубликовано большое исследование с красноречивым названием "Веревка, стул
и игла", где обстоятельно анализируются история и тенденции применения
смертной казни в Техасе. В нем, в частности, отмечается, что из 99 казненных за
изнасилование 88 было неграми; они в 10 раз чаще осуждаются к смертной казни,
чем белые, и им в 35 чаще, чем белым преступникам, назначается смертная казнь
(а не длительное лишение свободы). Исследователи, между прочим, отмечают, что
за все годы в Техасе ни один белый не был приговорен к смерти за убийство
негра. Как видно, расовые и этнические различия - еще одна из особенностей
применения смертной казни в США, дополняющая объяснение ее своеобразной
"географии".
Исследования
американских ученых указывают далее на определенную связь наказания с уровнем
материального положения осужденных. Так, в штатах Массачусетс и Нью-Йорк,
например, где смертная казнь не применялась, годовой доход на душу населения в
1992 году составлял 17,2 и 16,5 тыс.долларов, тогда как в Техасе и Флориде
соответственно 12,9 и 14,9 тыс.долларов. Иными словами, речь идет об
определенной дискриминации более бедных слоев общества. Доход на душу населения
- индикатор общих экономических условий. Почему же, спрашивает американский
исследователь Джон Лайонс, наши лидеры вместо причин лечат симптомы? И
отвечает: потому что расходы на содержание одного осужденного к пожизненному
заключению на 2 млн. выше, чем если его казнить. Многие видные юристы и ученые
- противники смертной казни - обвиняют юстицию США в том, что она рассматривает
человеческую жизнь в стоимостных категориях.
Отметим в этой
связи, что наказание в виде пожизненного заключения - весьма широко применяемая
в США альтернатива смертной казни. Так или иначе "очередь
смертников", как отмечалось, постоянно пополняет число тюремных
"долгожителей". Многие из них ожидают исполнения приговора по 10-15 и
более лет. Американские юристы, говоря об отношении к смертной казни, чаще
всего используют понятие амбивалентности (раздвоение чувств, двойственное
отношение). Мы разрываемся, говорят они, между желанием вынести смертный
приговор убийцам и нежеланием приводить его в исполнение. Политики обвиняют
суды в либерализме и затягивании в принятии решений. Между тем множество
приговоров годами не приводится в исполнение и после отклонения всех апелляций
и ходатайств о помиловании. Журналисты и наиболее консервативно настроенные
политики не без ехидства замечают, что если исполнение смертных приговоров и
далее будет идти такими же темпами, то "очередь смертников" удастся
ликвидировать к 2021 году, "даже если казни будут приводиться на Пасху и в
Рождество".
Отношение к
смертной казни в США является, помимо всего прочего, и инструментом
политической борьбы, часто используемым в ходе предвыборных кампаний. Его
достаточно активно, хотя и по-разному, использовали и Д.Буш, и нынешний
президент страны. Правда, администрация Б.Клинтона предпочла более комплексный
подход к наступлению на растущую в стране преступность. В 1994 году был принят
новый федеральный закон, значительно ужесточивший меры ответственности и
порядок их исполнения. Его цель, в частности, - покончить с широко
распространенной в 80-х годах практикой "вращающихся дверей", когда
многие рецидивисты необоснованно освобождались из тюрем досрочно.
Соответствующие законы приняли и конгрессы ряда штатов. В Калифорнии, например,
с тенденцией некоторого сокращения преступности в самое последнее время
связывают принятие так называемого "Закона о трех нарушениях",
согласно которому за третье серьезное преступление минимальное наказание - 25
лет тюремного заключения. В Иллинойсе недавно принят новый закон, согласно
которому ужесточаются санкции за убийство, а осужденные не подлежат никаким
формам досрочного освобождения. Как заметил губернатор штата Джим Эдгар,
"стопроцентные приговоры" должны способствовать снижению
преступности.
Упомянутый
федеральный закон 1994 года, по которому на строительство новых тюрем и
финансирование полиции дополнительно выделено 30-млрд.долларов, значительно
расширяет перечень преступлений, наказуемых смертной казнью (до 60 составов), и
предусматривает активизацию темпов приведения таких приговоров в исполнение.
Давление проводников такой политики проявилось достаточно быстро. Если с 1977
по 1993 гг. было казнено 290 человек, то уже в 1994 году были казнены 31, а в
1995 году - около 50 осужденных. Воспряли духом приверженцы смертной казни и
среди деятелей юстиции. Так, новый прокурор штата Южная Каролина в ходе своей
избирательной кампании предлагал использовать новое орудие казни -
"электрическую софу", позволяющую казнить сразу трех осужденных. И
наоборот, все более резко стали выступать противники этой меры. В штате
Нью-Йорк, например, с 1 сентября 1995 г. вступил в силу закон,
предусматривающий наказание в виде смертной казни, хотя многие видные деятели
юстиции и общественность штата возражали против ее введения.
В целом новый
федеральный закон, не являющийся, конечно, панацеей от роста преступности,
подвергается все более массированной критике. Его противники отмечают огромный
рост числа казненных, отвлечение значительных средств (более 3 млрд.долларов),
урезающих программу профилактики преступности. Одним из
социально-психологических проявлений реакции на этот закон является и растущая
поляризация общества, часть которого выступает за ужесточение репрессий, а
другая, наоборот, против дегуманизации мер борьбы с преступностью и за иные
пути лечения таких глубоких социальных болезней, как нищета, безработица,
расизм, наркомания и т.д. И если за последние 20 лет большинство опросов
общественного мнения указывали на то, что большая часть общества поддерживает
смертную казнь, то в самое последнее время заметна все большая дифференциация
позиций. Постепенно ширится осознание необходимости бороться с коренными
причинами преступности, а не их следствиями. Оно все более контрастирует с
подогреваемыми политиками консервативными настроениями, создающими невыносимую
атмосферу злобы и нетерпимости, особенно в южных штатах, которые, как
отмечалось, лидируют в стране по числу смертных казней (причем, во многих этих
штатах закон допускает применение смертной казни и к несовершеннолетним).
Вообще говоря,
такие принципы уголовной политики, как гуманизм, целесообразность и
эффективность применения наказания, особенно применительно к смертной казни,
являются универсальными. Из этого исходят и правовые системы тех государств,
где от применения смертной казни давно отказались. Несмотря на широко
распространенное в обществе (и не только в американском) представление об
эффективности смертной казни в борьбе с наиболее опасными преступлениями,
многочисленные исследования не подтверждают такого рода корреляции. Более того,
они показывают, что там и тогда, где и когда смертная казнь не применялась,
уровень тяжких преступлений был более низким. В самом деле, в 1977 году, когда
смертную казнь "реабилитировали", уровень тяжких преступлений вырос
на 42% по сравнению с 1972-1976 гг. (когда исполнение смертных приговоров в США
было приостановлено). В последующие годы этот рост приобрел устойчивый
характер, хотя число казней резко увеличилось. Взять, например, две пары
штатов, Массачусетс - Нью-Йорк и Техас - Флорида, где соответственно смертная
казнь отсутствовала и применялась, причем наиболее широко. Исследования за
последние 15 лет показали, что коэффициент преступности в первой паре штатов
был значительно ниже. Специалисты не видят здесь парадокса. Аналогичные
результаты можно было бы привести и из отечественной практики. Но это уже тема
совсем другого, большого и самостоятельного разговора.
Комментариев нет:
Отправить комментарий